С начала 2026 года бизнес в Казахстане работает по новому Налоговому кодексу. За восемь месяцев вырос НДС, снизился порог постановки на учет, изменились специальные налоговые режимы, подоходный и социальный налоги. Разбираемся, какие последствия реформы уже видны, какие отрасли столкнулись с дополнительной нагрузкой и кто, напротив, получил преимущества.

Новый Налоговый кодекс вступил в силу 1 января 2026 года и заметно изменил условия работы бизнеса. Реформа затронула сразу несколько направлений: ставку и порог регистрации по НДС, специальные налоговые режимы, индивидуальный подоходный налог, социальный налог и обязательные платежи работодателей.

Спустя восемь месяцев уже можно оценивать не только первоначальные прогнозы, но и первые последствия. Часть компаний столкнулась с ростом налоговой и административной нагрузки, другим изменения позволили сократить отдельные расходы, а влияние реформы на цены и инфляцию оказалось менее однозначным, чем ожидалось в начале года.

Ключевое изменение известно всем: ставка налога на добавленную стоимость выросла с 12 до 16 процентов. Одновременно появились пониженные ставки: 5 процентов для лекарственных средств и 10 процентов для периодических печатных изданий.

Гораздо важнее для малого бизнеса оказалось второе изменение. Порог, при превышении которого компания обязана встать на учет по НДС, снижен вдвое, с 20 000 до 10 000 МРП. В деньгах это означает падение планки примерно с 78 до 40 миллионов тенге годового оборота. Тысячи предприятий, которые раньше спокойно работали вне системы НДС, оказались в ней автоматически.

Перестроены и специальные налоговые режимы. Их осталось три: режим для самозанятых со ставкой 4 процента и лимитом дохода 300 МРП в месяц, упрощенная декларация со ставкой 4 процента и лимитом оборота 600 000 МРП в год, а также режим для сельхозпроизводителей. Розничный налог и режим с фиксированным вычетом отменены, и работавшие на них компании были вынуждены переходить на общеустановленный порядок с полноценным учетом.

По подоходному налогу введена прогрессия: ставка 15 процентов применяется к доходам свыше 8 500 МРП в год. При этом базовый налоговый вычет вырос с 14 до 30 МРП, что для большинства наемных работников означает рост суммы на руки.

Изменилась и нагрузка на фонд оплаты труда. Социальный налог снижен с 11 до 6 процентов, но пенсионные взносы работодателя выросли с 2,5 до 3,5 процента.

Рост ставки на четыре процентных пункта сам по себе болезненный, но предсказуемый. Компания, которая и раньше была плательщиком НДС, просто перенесла разницу в цену или в свою маржу.

Принципиально другая ситуация у тех, кто перешел порог. Для них изменилась не цифра, а сам способ ведения дел. Появилась обязанность выставлять электронные счета-фактуры, вести учет зачетного НДС, сдавать дополнительную отчетность и держать бухгалтера нужной квалификации.

Налоговый консультант Екатерина Ким описывает развилку коротко:

Отдельная проблема возникла у отраслей, где нечего ставить в зачет. Директор бухгалтерской компании Любовь Сапунова объясняет это на примере своей сферы:

Логика простая. Торговая компания покупает товар с НДС и продает с НДС, поэтому платит налог только с наценки. Услуговая компания, у которой основная статья расходов это зарплата сотрудников, зачитывать почти нечего, и налог ложится практически на всю выручку. Именно поэтому консалтинг, IT-услуги, обучение, юридические и бухгалтерские фирмы пострадали заметно сильнее розницы.

Рост налога закономерно отразился на ценниках. Экономисты называли диапазон от 15 до 30 процентов по отдельным товарным группам, причем разброс объясняется как раз структурой издержек конкретной отрасли.

Основатель сервиса «Учет.kz» Максим Барышев считал последствия для маржи. По его расчетам, бизнес, работавший с наценкой около 10 процентов, теряет более трети прибыльности: при выручке в 100 тенге разница в марже составляет примерно 3,08 тенге. Для компании с кредитами, лизингом и обязательствами перед поставщиками это создает риск кассового разрыва, потому что платежи остались прежними, а прибыль сократилась.

Барышев также прогнозировал инфляционный всплеск в период с августа по октябрь 2026 года. Официальная статистика этот прогноз пока не подтверждает: годовая инфляция в августе замедлилась до 9,8 процента против 10,2 процента месяцем ранее и впервые с февраля 2025 года опустилась ниже десяти процентов.

Однако структура этого замедления показательна. Продовольственные товары подорожали за год на 9,5 процента, платные услуги на 8,9 процента, а непродовольственные товары на 11,4 процента. То есть быстрее всего дорожает именно та группа, где доля НДС в конечной цене выше.

Официальные цифры описывают процесс сверху. Со стороны конкретного предпринимателя картина выглядит проще и жестче. Продавец Карлыгаш Умербаева описывает свою ситуацию так:

В этой фразе видна вся цепочка, которая обычно теряется в статистике. Рост нагрузки заставляет поднимать цену, рост цены сокращает спрос, падение спроса вынуждает брать заемные средства на пополнение оборотных, а обслуживание этих средств при базовой ставке 16,75 процента снова давит на маржу.

Цель реформы в бюджетных поступлениях. По оценкам экспертов, новый кодекс должен принести казне дополнительно от 4 до 5 триллионов тенге в год.

Вторая заявленная цель это вывод оборота из тени. Снижение порога регистрации по НДС и отмена части специальных режимов делают дробление бизнеса менее выгодным, а взаиморасчеты между компаниями более прозрачными. Логика в том, что честному плательщику становится проще конкурировать с тем, кто раньше выигрывал за счет работы вне системы.

Опыт других стран показывает, что повышение косвенных налогов почти всегда дает краткосрочное торможение потребления. В Японии в 2014 году рост налога с продаж с 5 до 8 процентов сопровождался падением потребления примерно на 7,5 процента и рецессией. В Великобритании в 2011 году повышение НДС с 17,5 до 20 процентов также дало кратковременный спад. В Германии в 2007 году рост с 16 до 19 процентов прошел мягче, поскольку сопровождался компенсирующими мерами.

Первое и самое очевидное: продолжится перестройка структуры малого бизнеса. Часть компаний, которые держались на грани рентабельности, уйдет с рынка или уменьшится до размеров, позволяющих оставаться вне НДС. Часть, наоборот, укрупнится, потому что при обязательном учете эффект масштаба становится важнее.

Второе: вырастет спрос на бухгалтерское сопровождение и на автоматизацию учета. Для компаний, впервые ставших плательщиками НДС, это новая и обязательная статья расходов.

Третье: усилится значение работы вбелую по всей цепочке. Плательщику НДС невыгодно покупать у поставщика без НДС, потому что зачесть нечего. Это создает давление на поставщиков и постепенно вытягивает в систему даже тех, кто в нее формально не обязан входить.

При этом ждать отката ставки назад не стоит. Реформа рассчитана на бюджетный эффект, и пересматривать ее в первый же год никто не будет.

В долгосрочной перспективе у реформы есть логика, которая в первый год почти не видна.

Расширение налоговой базы снижает зависимость бюджета от нефтяных доходов. Именно фискальную дисциплину и расширение базы международное агентство S&P называло среди причин, по которым в августе 2026 года суверенный кредитный рейтинг Казахстана был повышен до уровня «BBB». Более высокий рейтинг означает более дешевые заимствования для страны и для компаний, а значит, со временем и более дешевые кредиты.

Выравнивание условий конкуренции работает в ту же сторону. Когда все игроки отрасли платят одинаково, преимущество получает тот, кто эффективнее, а не тот, кто лучше оптимизирует налоги. Для добросовестных компаний это скорее плюс, хотя проявится он не за один год.

Снижение социального налога с 11 до 6 процентов делает наем сотрудников относительно дешевле. Для трудоемких производств и сервисных компаний это частично компенсирует рост НДС, но эффект заметен только при большом штате.

Оценки специалистов расходятся в главном: считать ли повышение НДС катастрофой для малого бизнеса.

Экономист Сапарбай Жобаев предостерегает от упрощенных выводов:

Его позиция в том, что налог это лишь один из факторов, и компании закрываются прежде всего из-за слабой модели, дорогих кредитов и падения спроса, а не из-за четырех процентных пунктов сами по себе.

Максим Барышев смотрит жестче и настаивает, что реформа обязана сопровождаться поддерживающими мерами: снижением нагрузки на фонд оплаты труда, снижением базовой ставки и адресной помощью малому бизнесу. По его оценке, реформа, игнорирующая эти факторы, приводит не к росту, а к кризису.

Практикующие бухгалтеры при этом обращают внимание на другое. Основная сложность первого года оказалась не в размере платежа, а в администрировании: в переходе на новый режим, в настройке учета и в необходимости пересматривать договоры с контрагентами.

Выигрыш получили несколько групп, и это не только бюджет.

Наемные работники с невысокой зарплатой оказались в плюсе за счет роста базового налогового вычета с 14 до 30 МРП. Сумма на руки у них выросла.

Компании с большим фондом оплаты труда выиграли от снижения социального налога с 11 до 6 процентов. Для трудоемких производств, колл-центров, сервисных и клининговых компаний это ощутимая экономия.

Крупные и средние компании, которые и раньше работали полностью вбелую, получили конкурентное преимущество. Их издержки выросли на те же четыре пункта, что и у всех, но у их менее прозрачных конкурентов исчезла возможность продавать дешевле за счет работы вне системы.

Бухгалтерские, консалтинговые и IT-компании, обслуживающие учет, получили резкий рост спроса на свои услуги.

Наконец, выиграли фармацевтика и издательский сектор, для которых сохранены пониженные ставки в 5 и 10 процентов.

Сильнее всего пострадали услуговые компании без зачетного НДС. Консалтинг, обучение, юридические и бухгалтерские услуги, репетиторство, дизайн: их основная статья расходов это труд, зачитывать нечего, и налог ложится почти на всю выручку.

Тяжело пришлось и низкомаржинальной рознице. При наценке около десяти процентов четыре пункта НДС съедают более трети прибыльности, а поднять цену мешает чувствительность покупателя.

Компании, работавшие на розничном налоге и на режиме с фиксированным вычетом, потеряли эти режимы полностью и были вынуждены переходить на общеустановленный порядок вместе со всей сопутствующей отчетностью.

Не получили ничего и те, кто рассчитывал остаться ниже порога за счет дробления. Снижение планки до 10 000 МРП вместе с ужесточением контроля за взаимосвязанными лицами делает эту схему рискованной.

Практически не заметили перемен только самозанятые с доходом до 300 МРП в месяц и небольшие компании, чей оборот далек от нового порога.

Первые восемь месяцев нового Налогового кодекса показали, что главным изменением для бизнеса стало не только повышение НДС с 12 до 16 процентов. Не менее существенным оказалось снижение порога постановки на учет, сокращение числа специальных налоговых режимов и изменение самой модели налогового администрирования.

Для части компаний реформа увеличила расходы и усложнила учет. Особенно заметно это в услуговых отраслях с небольшой долей зачетного НДС, низкомаржинальной торговле и среди предприятий, которые впервые перешли на общеустановленный режим.

Одновременно появились и компенсирующие изменения. Снижение социального налога уменьшило нагрузку на компании с большим фондом оплаты труда, увеличение базового вычета поддержало доходы работников, а более жесткие требования к налоговому учету сокращают преимущества бизнеса, который раньше конкурировал за счет работы вне прозрачной системы.

Опасения о резком инфляционном скачке пока также не реализовались в полном объеме: в августе годовая инфляция замедлилась до 9,8 процента. Однако влияние реформы на отдельные отрасли остается разным, а часть структурных последствий — изменение числа компаний, перераспределение рынка и адаптация цен — проявится только позднее.

Поэтому оценивать реформу только через ставку НДС уже недостаточно. Для конкретного предпринимателя результат зависит от структуры расходов, количества сотрудников, налогового режима, возможности принимать НДС к зачету и того, работает компания преимущественно с физическими или юридическими лицами. Именно эти параметры спустя восемь месяцев определяют, стала новая система для бизнеса тяжелее или, наоборот, дала отдельные преимущества.